КриптоФермер Михаил Шляпников: В России меня воспринимают всего лишь как "человека, который срубил бабла"

Politach

Member
Регистрация
12/3/18
Сообщ.
5
Подмосковная деревня полностью
перешла на блокчейн-технологии
Фермер Михаил Шляпников сделал из подмосковной деревни Колионово (Егорьевский район) государство в государстве — с местным самоуправлением и локальной экономикой на базе платформы блокчейн. Он продает свои товары и приобретает все необходимое за криптовалюту — в том числе за собственную платежную единицу под названием «колион».

— У нас в Колионово розничная цена на товары упала вполовину, стоило исключить из посредников государство, — рассказывает Шляпников.

В этот локальный рынок вовлекается все больше участников.

В конце 2017 года новогодние елки, которые фермер выращивает в собственном питомнике, большинство покупателей приобрело не за рубли, а за «крипту» — такой перевес в пользу расчетов в биткоинах и колионах Шляпников зафиксировал впервые. Как раз в это время глава Минфина Антон Силуанов посоветовал населению с криптовалютой «не связываться».

— Чтобы обезопасить наших простых граждан от такого рода вложений [в криптовалюту] — а это, по сути дела, пирамидальные инструменты, — законодательство будет давать возможность вкладываться, работать с такими суррогатами только профессиональным участникам рынка, — заявил он 25 декабря в интервью телеканалу «Россия 24».

Шляпников попыткам государства регулировать новую сферу не удивлен.

Его противостояние местной прокуратуре, налоговой инспекции и даже Центробанку началось в 2014 году, когда он ввел в обращение в своем собственном хозяйстве суррогатное платежное средство — «колион» — тогда еще в бумажном виде. Свое решение Шляпников объяснял дефицитом денежных средств у себя самого и у своих контрагентов, таких же фермеров. Село привыкло работать по бартеру, услуга за услугу, услуга за товары собственного производства — осталось этот бартер формализовать, объяснял Шляпников. По сути, новое платежное средство унифицировало расчеты «на глазок»: «вскопай мне поле за колион» вместо «вскопай мне поле за мешок картошки» (к которому была приравнена эта единица).

В 2015 году в Егорьевске прошел суд: Шляпникова обвинили в незаконной эмиссии денежной массы. И бумажные колионы запретили. Шляпников распродал их нумизматам — и ушел «в цифру».

— С тех пор серьезных нарушений с моей стороны никто так и не выявил, даже УБЭП, который регулярно наведывался на фермерское хозяйство, — говорит он.

Это неудивительно: власть пока не понимает, как регулировать «крипту», а раз нет правил — значит, нет и их нарушения. Мировая практика очень разная: скажем, Беларусь полностью легализовала «крипту» в конце декабря. А в России правительство и Центробанк заняты разработкой законодательного регулирования криптовалют, майнинга и ICO.

Замминистра финансов Алексей Моисеев в одном из своих интервью отметил, что в новом законопроекте Минфина за использование криптовалюты в качестве платежного средства может быть предусмотрено наказание от административного до уголовного.

Однако Шляпников уверен: технологии развиваются настолько быстро, что госрегулирование за ними не поспеет.

— В этом смысле Россия отстает от Колионово. Пока государство пытается разобраться в регулировании расчетов в биткойн или ICO — то есть занимается тем, что я давно прошел и что уже вышло из мейнстрима, я осваиваю новые способы работы на базе блокчейна, — говорит фермер.

На февраль 2018-го ICO фермерского хозяйства «Колионово» собрало более $5 млн долларов. Держателям колионов ежемесячно выплачивается аналог дивидендов. Минувшей осенью Шляпников внедрил систему добровольного налогообложения, которая включает в себя всего три части — аналоги «муниципального» налога, «регионального» и «федерального». «Казна», по его признанию, «пополняется ощутимо быстрее, чем в рублях». Накопленные «налоги» идут на решение задач, с которыми не справляется поселковая власть: на строительство инженерных коммуникаций, уборку мусора и снега и создание собственного водопровода. В глубинке строительство дорог местного значения и иных коммуникаций на средства жителей — не редкость, а в ряде регионов это поставлено на поток: скажем, глава поселения дает бесплатно технику под обязательство жителей профинансировать закупку гравия и асфальта. Новаторство Шляпникова в том, что он ведет расчеты в «крипте». Средства от «регионального» налога будут направлены на строительство дороги, которая свяжет деревню с остальным миром качественным асфальтом. «Федеральный» налог пойдет на обеспечение безопасности.

— У меня самого сейчас где-то полмиллиарда в рублях. Ну какой крестьянин, какой фермер может этим похвастаться, когда вся страна рыдает и требует госпомощи? — заявляет Шляпников.

Он собирается попробовать интегрировать блокчейн-экономику в реальную жизнь, сделав тем самым шаг навстречу государству. Как это может выглядеть на практике? Фермер уверен: просто.

— Например, я зарабатываю в криптоэкономике деньги, покупаю недвижимость и землю и начинаю платить уже рублевые налоги, создаю рабочие места, отчисляю налоги с доходов рабочих, — в общем, осуществляю плавный переход из серой зоны в белую.

Риски Шляпников видит лишь в «фантастическом потенциале блокчейна, который в итоге может привести к конфликту с традиционным укладом жизни человека».

По его признанию, за экспериментом, развернувшимся в Колионово, с любопытством следят европейские специалисты по «крипте»: «Неделями здесь живут, помогают в огороде и в поле с живностью. А вот в России ко мне, скорее всего, хайповый интерес — просто как к чуваку, который срубил бабла».
 

Купить приватный smm софт
Верх